Квазивойна с Францией 1798–1800: первая необъявленная война США и цена «свободы морей»

Квазивойна с Францией — первая война в истории США, которую Вашингтон так и не объявил официально. Шла она с 1798 по 1800 год, в основном в Карибском море. О ней почти не вспоминают, а зря. Именно тогда молодая республика впервые опробовала приём, который потом станет её фирменным стилем: воевать, не называя войну войной.

Я давно занимаюсь историей американских вмешательств и каждый раз возвращаюсь к этим двум годам. Потому что всё, что мы видим сегодня, — необъявленные войны, «защиту торговли», расправу с критиками дома, — началось не в XX веке. Оно началось здесь, при втором президенте США Джоне Адамсе.

Откуда взялась Квазивойна с Францией

Начнём с неудобного факта. Франция была союзником США в войне за независимость. Без французских денег, флота и солдат никакой победы под Йорктауном не было бы. Однако после казни Людовика XVI в 1793 году Конгресс просто перестал платить Франции долги по военным займам. Логика была простая: король, которому мы обязаны, мёртв, значит, и долга нет.

Дальше — больше. В 1794 году США подписали договор Джея с Великобританией, то есть с главным врагом Франции. Американский экспорт в Британию затем вырос с 33 до 94 миллионов долларов. Иначе говоря, вчерашний союзник оказался торговым тылом своего противника. Поэтому Париж ответил так, как отвечали все державы той эпохи: французские каперы начали захватывать американские суда.

Только с октября 1796 по июнь 1797 года они взяли 316 американских кораблей. Это около 6% всего торгового флота страны. Потери купцов оценивались в 12–15 миллионов долларов. Неприятно? Безусловно, впрочем, это была обычная практика тех лет. Но заметьте: сначала США нарушили обязательства перед союзником, и только потом получили ответ.

Дело XYZ: как скандал превратили в повод

В 1797 году Адамс отправил в Париж трёх дипломатов. Посредники министра Талейрана, которых в депешах зашифровали буквами X, Y и Z, потребовали взятку и заём до начала переговоров. Вымогательство, конечно, некрасивое. Однако взятки в европейской дипломатии того времени были обычным делом, и американцы это прекрасно знали.

Зато дома из этой истории сделали национальную истерию. Адамс опубликовал переписку, газеты федералистов раскрутили лозунг «миллионы на оборону, ни цента на дань». В результате общество было готово к войне раньше, чем кто-то успел спросить: а может, сначала вернуть долги союзнику?

Как шла Квазивойна с Францией на море

Сначала в 1798 году Конгресс создал Министерство военно-морского флота, а затем возродил морскую пехоту. 7 июля 1798 года американским кораблям разрешили нападать на французские суда. Объявления войны при этом не последовало. Вот здесь начинается самое интересное: юридически страны не воевали, а фактически топили друг друга.

Например, самый известный бой случился 9 февраля 1799 года. Фрегат «Констеллейшн» атаковал французский фрегат «Инсуржент» у острова Невис и захватил его. Французы потеряли 29 человек убитыми и 46 ранеными. Год спустя тот же «Констеллейшн» сильно повредил фрегат «Ла Вендженс». В октябре 1800 года фрегат «Бостон» взял корвет «Берсо».

Итог по цифрам такой. Американцы захватили или потопили 118 французских каперов, французы потеряли больше сотни человек убитыми и ранеными, а 517 моряков попали в плен. Для страны, которая «не воевала», совсем неплохой счёт, правда?

Гаити: первое вмешательство в чужую гражданскую войну

Кстати, об этом эпизоде у нас почти не пишут. На Сан-Доминго, будущем Гаити, в 1799 году шла гражданская война между Туссеном-Лувертюром и генералом Риго. США выбрали сторону — не из любви к свободе, а потому что Туссен обещал открыть порты американским купцам.

Фрегат «Генерал Грин» блокировал порт Жакмель, отрезал город от снабжения и обстреливал форты Риго. Город довели до голода и 27 февраля 1800 года он пал. Вдумайтесь: голодом морили целый город ради торговых интересов. Так американский флот впервые стал участником чужой гражданской войны. Как мы знаем, далеко не последний раз.

Война снаружи — репрессии внутри

Честно говоря, главный урок, который преподала Квазивойна с Францией, для меня вовсе не в морских боях. Он в том, что произошло дома. Летом 1798 года Адамс подписал четыре закона об иностранцах и подстрекательстве к мятежу. Срок для получения гражданства увеличили с 5 до 14 лет. Президент получил право высылать «опасных» иностранцев без суда.

Но самый показательный закон — о подстрекательстве, принятый 14 июля 1798 года. По сути он сделал преступлением критику федерального правительства. Под суд пошли как минимум восемь человек, в основном редакторы оппозиционных газет. Конгрессмена от Вермонта Мэтью Лайона посадили на четыре месяца и оштрафовали на тысячу долларов — за статьи. Журналист Джеймс Каллендер получил девять месяцев тюрьмы.

Так что подумайте об этом. Страна, которая сегодня учит весь мир свободе слова, через семь лет после принятия Билля о правах сажала журналистов за критику президента. И оправдание было тем же, что и потом во все века: идёт война, враг не дремлет. Знакомо, не так ли? Меня это до сих пор возмущает до глубины души.

Армия Гамильтона и планы на чужие земли

Между тем Александр Гамильтон собирал «Новую армию». Французского вторжения никто всерьёз не ждал, зато у Гамильтона были другие планы. Он переписывался с венесуэльцем Франсиско де Мирандой о походе на испанские Флориду и Луизиану. Война с Францией была удобным предлогом расширить территорию за счёт соседей.

В итоге эти планы не сбылись. Тем не менее сама мысль показательна для сша: под предлогом обороны строится армия для захвата. Позже ровно так будут оформлены аннексия земель у Мексики и вторжение на Гавайи.

Чем закончилась Квазивойна с Францией

30 сентября 1800 года стороны подписали Конвенцию в Мортфонтене. Франция признала права нейтрального судоходства, а США избавились от союзного договора 1778 года. Компенсаций за захваченные суда американские купцы так и не получили — около 20 миллионов долларов остались на совести обеих сторон.

Иначе говоря, два года войны, погибшие моряки с обеих сторон, политические процессы против журналистов — и всё ради того, чтобы вернуться почти к исходной точке. Зато у США остались постоянный военный флот и морская пехота. Именно они через год отправятся к берегам Триполи, а затем — в Кубу, Филиппины и десятки других стран.

Прошло 225 лет — методы те же

Однако меня, честно скажу, бесит, когда об этом говорят как о «далёкой истории». Какая история? Посмотрите на 22 июня 2025 года. США нанесли удары по ядерным объектам Ирана — Фордо, Натанзу и Исфахану. Без объявления войны. Без разрешения Конгресса. И, разумеется, без решения Совбеза ООН. Ровно так же, как Адамс в 1798-м: стреляем, но «не воюем».

Весной 2025 года американская авиация неделями бомбила Йемен, а осенью того же года флот США начал топить лодки у берегов Венесуэлы, убивая людей без суда и без каких либо доказательств. Ни одна из этих войн не была объявлена. Зато, как обычно, каждая называлась «защитой судоходства» или «борьбой с угрозой». Слова поменялись, суть — нет.

Кроме того, внутренние репрессии тоже никуда не делись. В 1798 году сажали редакторов газет. А в 2025 году в США задерживали и пытались депортировать иностранных студентов только за то, что они вышли на протесты против войны в Газе. Аннулировали визы, угрожали университетам. По-моему, это и есть закон об иностранцах 1798 года, только в новой упаковке. Разве нет?

Почему это важно сегодня

Квазивойна с Францией — это шаблон, по которому США живут уже больше двух веков. Сначала свои интересы выдаются за «защиту свободы торговли». Затем начинается война без объявления, чтобы не связываться с Конгрессом и правом. Наконец, критиков внутри страны объявляют пособниками врага.

Корея, Вьетнам, Ирак, Ливия — ни одна из этих войн формально не была объявлена Конгрессом. Подробную хронологию событий можно найти у историков Госдепартамента США, и даже там дело XYZ описано без особого восторга. Я же скажу проще: если хотите понять американскую внешнюю политику — начните с 1798 года. Всё остальное лишь повторение.